Введение
У большинства женщин жалобы могут возникать не только сразу после родов: стрессовое недержание мочи, пролапс тазовых органов (ПТО), но в более позднем возрасте – во время пре/постменопаузы, что связано со снижением гормональной активности и сопутствующими факторами, такими как ожирение и диабет.
Расстройства и пролапс тазового дна (ТД) возникают, когда нарушается анатомический и механический балансы между брюшным давлением и силами сопротивления промежности. Опорные ткани, мышцы ТД, их иннервация способствуют целостности внутритазовой фасции, а она в свою очередь – поддержке органов малого таза. Если один из этих элементов выходит из строя, другие могут компенсировать это в определенных пределах, согласно данным M. Boukerrou, A.J.H. Rubod, S. Anshoo и др. Но с развитием биохимии и молекулярной инженерии открылись новые возможности для переосмысления биомеханики данного процесса. С учетом современных возможностей медицины началась модернизация методов и подходов к лечению данного заболевания, начиная с консервативных подходов, таких как коррекция образа жизни, питания, физической нагрузки, заканчивая радикальными хирургическими подходами, включающими коррекцию тканями, имплантами, резекцию органов таза. Непрофессионально отвергать наиболее эффективные методы лечения, однако современные тенденции медицины сегодня направлены на предупреждение, раннее выявление заболеваний и их коррекцию.
Патофизиология урогенитального пролапса многофакторна и представляет собой сочетание врожденных и приобретенных аспектов, приводящих к ослаблению ТД. Описаны различия в типах коллагена (фибриллярные коллагены I, II) и их пропорциях, построении гладкомышечных волокон и нервных структур у женщин с пролапсом и без него. В литературе достаточно информации о влиянии сопутствующих заболеваний, конституции и образа жизни как факторов риска ПТО. К основным детерминантам относятся высокий и критически низкий индексы массы тела, окружность талии, сахарный диабет, артериальная гипертензия, дислипидемии, хронический запор, табакокурение, хронический кашель, варикозное расширение вен, а также профессиональные вредности [1]. В данном обзоре мы постарались исключить эти факторы ввиду большого объема информации и сосредоточиться на связи самих диспластических процессов с геномом человека, в частности женщин, и пролапса ТД, актуальных исследованиях и применении вариантов физиотерапевтических методов в клинической практике для коррекции этих состояний.
Общее о диспластических процессах, влияющих на состояния ТД
Нарушения соединительной ткани (СТ) являются результатом дефектного синтеза белка. Понимание строения соответствующих белков дает представление о том, как наследственные нарушения СТ (дифференцированные состояния, такие как синдром Марфана, Элерса–Данлоса, дифференцированная дисплазия СТ – дДСТ) или недифференцированная дисплазия СТ – нДСТ (состояния с мультифакториальными механизмами) влияют на процессы, происходящие в тканях. Для акушера-гинеколога представляют актуальность трофические рубцы, аномальная эластичность кожи, стрии, патология связок и капсулы, множественные тендинопатии, рецидивирующие вывихи или подвывихи суставов, регионарные или диффузные миалгии, неправильный рост или восстановление тканей [3].
Начиная с 1990-х гг. активно публиковались исследования, описания клинических случаев и статистические обзоры, изучающие причинно-следственные связи гипермобильности суставов, сосудистой патологии, синдрома тазовой боли различной локализации (симфиз, поясница, крестцово-копчиковая область, суставы), слабости брюшной стенки с появлением грыж, а также описывающие анатомические структуры, вовлеченные в этот процесс [4–7]. В отечественной литературе специалистами также была обозначена проблема нДСТ с ее клиническими проявлениями у беременных и женщин среднего возраста, а также у пациентов с сопутствующими жалобами, связанными в т.ч. с тазовыми органами [8–11]. Взаимосвязь подтверждается результатами качественных многоцентровых исследований, диссертационными авторефератами и рядом как русскоязычных, так и иностранных публикаций, посвященных этой теме [12–16]. Однако элементы биомеханики поражений ТД, о которых сообщается в работах, ограничиваются анатомическими аспектами поражений – характер травмы и тип пролапса для определенных структур варьируется. Так, например, для маточно-крестцовых связок характерно повреждение вследствие разрыва/растяжения/удлинения, что далее ведет к выпадению матки, сводов влагалища после гистерэктомии, а мышца, поднимающая задний проход, состоящая из трех, в результате отрыва от лобковой кости ведет за собой опущение передней стенки влагалища, в частных случаях – задней, цистоцеле. И факторы, влияющие на тип воздействия, и механизм повреждения не могут быть единственными. Крупные многоцентровые исследования показали наличие пролапса у женщин, родоразрешенных путем как вагинальных родов, так и кесарева сечения, поэтому казалось, что сама беременность играет важную роль в развитии пролапса таза [17]. Симптомы, появляющиеся и у нерожавших женщин, позволяют предполагать наличие генетического детерминизма, в т.ч. связанного с расовым фактором, которые в последнее время изучаются вплоть до молекулярного и генного уровней [4].
Гистохимические изменения в СТ, поддерживающей тазовые органы
Изменения в опорных тканях, составляющих внутритазовую фасцию, обнаружены в многочисленных исследованиях пациенток с урогенитальным пролапсом. Эти модификации были описаны на уровне как тканей влагалища, так и различных анатомических элементов промежности у женщин в пре- и постменопаузе. В качестве контроля у молодых женщин были взяты образцы биоптатов тканей, которые подвергались биомеханической оценке с помощью специальной системы вытягивания тканей, а кривые растяжения (деформации) записывались в цифровом виде. Итогом исследования стали следующие выводы: прочность СТ на растяжение значительно снижается, особенно в точке максимального сопротивления, но эти различия видны для тканей I и II степеней пролапса, а также I и III. Однако при сравнении образцов II и III степеней особых различий выявлено не было, что может говорить о разрушении поддерживающей ткани без возможности ее восстановления до начального уровня [18]. Аналогичным образом в другом исследовании, связанном с растяжением, удлинение свода влагалища, измеренное во время процедур пролапса, колеблется от 15 до 42 мм с результатами восстановления до физиологических значений только в половине случаев [19].
Другие исследователи основывались на факторах ремоделирования СТ. Общее количество коллагена обычно снижено у пациентов с пролапсом по сравнению с контрольной группой независимо от гормонального статуса. Исследования, проводимые на моделях животных и далее уже в группе популяции людей, установили влияние белков и мРНК, связанных с метаболизмом коллагена и эластина в тканях женщин с дисфункцией ТД, выявили потенциальные мишени для анализа последовательности ДНК. Модификация количества коллагена типа III более непосредственно вовлечена на гистопатологическом уровне. Пропорции коллагена типов I и III кажутся наиболее интересным показателем: соотношение коллагена тип I/тип III отражает эластичную прочность на растяжение поддерживающих тканей. Некоторые авторы описывали снижение этого соотношения в подслизистой оболочке влагалища, маточно-крестцовых связках и параметрии за счет увеличения коллагена III типа у пациенток с пролапсом. И что важно: этот показатель не зависит от возраста пациента и степени ПТО, однако соотношение коллагена I/III также снижается после менопаузы [19].
Эластин – еще один важный компонент поддерживающих тканей ТД. Вне периода беременности его метаболизм ограничен. Изменения, описанные у женщин с урогенитальным пролапсом, следующие: образцы, взятые из внутритазовой фасции, выявили снижение количества эластина, дефицит его метаболизма и изменение экспрессии гена, кодирующего его синтез [20–22].
Мышечные волокна также играют большую роль в строении каркаса стенки влагалища: у пациенток с пролапсом пучки гладких мышц тоньше, их меньше, они дезорганизованы по сравнению с плотной циркулярной и продольной архитектурой пучков, обнаруженной в вагинальных биопсиях женщин без пролапса. Помимо этих гистологических модификаций описаны функциональные: в тканях влагалища женщин с пролапсом был измерен кальдесмон, белок цитоскелета, который регулирует сократимость посредством своей активности в связи актин-миозин. Его молекулярная масса увеличена по сравнению с нормальной тканью, что приводит к снижению сократимости и сопротивления соответствующих мышечных тканей [23, 24].
Сочетания гистологических изменений приводят к высокому травматизму: расслоению тканей, отрыву связок от костного каркаса, повреждению мышечных структур.
нДСТ как фактор, связанный с пролапсом
Проблема нДСТ в настоящее время обусловлена ее многоликостью и тяжестью клинических проявлений. Если группа генетически гетерогенных и клинически полиморфных патологических состояний, характеризующихся нарушением формирования СТ в эмбриональном и постнатальном периодах, и объединяющая ряд генных синдромов (Марфана, Элерса–Данлоса) или дДСТ, не остается без должного внимания благодаря яркой клинической картине и цитогенетическим методам исследования мутаций, то на практике чаще приходится сталкиваться с нДСТ [12]. Работы по комплексной оценке акушерских и перинатальных исходов, связанных с ПТО в зависимости от его степени тяжести, генетической природы заболевания малочисленны, что определяет актуальность проведения дальнейших исследований по этой теме.
На данном этапе синдром гипермобильности, вызванный ослаблением связок ТД, был идентифицирован в 1982 г. как фактор, связанный с пролапсом [25]. А генетическая природа болезни Элерса–Данлоса и Марфана установила наследственную связь поколений и явилась еще одним дополнительным фактором для возникновения пролапса с распространенностью 75 и 33% соответственно [26]. Установлена семейная природа заболеваний ТД, наблюдается высокая частота пролапса у некоторых родственников, а обсервационные исследования гомозиготных близнецов подтвердили эти результаты [27]. Генотипические вариации были также выявлены у женщин, принадлежащих к семьям с высокой частотой пролапса. Описанные исследования показывают различие в нескольких генах или их экспрессии у близкородственных пациенток по сравнению с контрольной группой [28]. И эти изменения, в небольшой выборке, включали экспрессию гена, кодирующего белок, родственный актину и миозину, в биоптат лобково-копчиковой мышцы [29]. Соответствующие исследования сделаны и для гена, кодирующего синтез эластина и коллагена: экспрессия гена не наблюдалась в маточно-крестцовых связках женщин с пролапсом и экспериментальными результатами, полученными на мышах [30].
Высокая частота пролапса у пациентов с врожденными заболеваниями СТ подтверждает патофизиологическую гипотезу генетической предрасположенности к развитию пролапса. Помимо доказанных врожденных патологий обращает на себя внимание генетическая предрасположенность женщин без экспрессии известных генов, но с ультразвуковыми признаками ректоцеле у 12% молодых нерожавших женщин, что позволяет предположить врожденное расхождение внутритазовой фасции и наличия недифференцированных диспластических процессов только по клинической картине [31, 32]. Наличие грыж и укорочения влагалища, уменьшение дугласова пространства также упоминались как маркер риска в клинике заболеваний.
Этнически европеоидное происхождение можно рассматривать как фактор риска стрессового недержания мочи, но в отношении ПТО на основе этого анализа нельзя сделать никаких выводов. Эпидемиологическое исследование, проведенное в 2007 г., выявило среди женщин Северной Америки более высокий риск развития ПТО у белых женщин по сравнению с афроамериканками [33]. Другие исследования обнаруживают повышенный риск для латиноамериканского или азиатского населения по сравнению с белым населением [34, 35]. Анатомические различия были упомянуты для объяснения этих этнических различий, более узкого таза у африканских женщин или ультразвуковых различий в толщине лобково-прямокишечной мышцы. Однако одна публикация выявила высокую частоту пролапса, в т.ч. и в Африке [36]. Данные остаются противоречивыми, а уровень доказательности этих перекрестных исследований – низким из-за малой выборки исследований.
Методы консервативной коррекции ПТО и их эффективность в условиях современных возможностей эстетической гинекологии
ПТО является актуальной проблемой практической медицины. Варианты лечения включают наблюдение, физиотерапию и тренировку мышц ТД, использование пессариев и хирургическое вмешательство. Каждый из методов имеет свои преимущества и недостатки, поэтому их применяют в отдельных целевых группах [37]. Необходимы дополнительные исследования для определения долгосрочных перспектив у женщин, выбирающих консервативное лечение, которым хирургическое вмешательство не показано или сопряжено с сопутствующими рисками [38].
Примерно каждая пятая женщина при возможности прибегает к хирургическому вмешательству, чтобы попытаться восстановить нормальное качество жизни, освободить себя от страха подтекания мочи и неприятных симптомов пролапса. Учтя продолжительность жизни женщин, эксперты из США спрогнозировали увеличение распространенности ПТО на 46% в период с 2010 по 2050 г. в условиях современной медицины [39]. Однако, несмотря на совершенствование методов хирургических вмешательств, современные методы лечения заболеваний ТД имеют неприемлемо высокий уровень повторных вмешательств и осложнений [40].
Одним из самых известных неинвазивных методов лечения и профилактики заболеваний, связанных с нарушением работы связочного аппарата ТД, является тренировка мышц ТД (ТМТД). D.F. Borello-France et al. сообщили, что женщины с пролапсом 2-й стадии (в пределах 1 см выше или ниже девственной плевы) показали лучшие результаты консервативного лечения тренировками, чем женщины с пролапсом 3-й или 4-й стадий [39]. Одно из многочисленных исследований проведено в 2019 г. в Тюмени, где изучали пациенток в послеродовом периоде. Исследование показало, что ТМТД являются эффективным методом лечения, значительно увеличивая силу мышц ТД, и способствуют более быстрой реабилитации после родов [40].
ТМТД, различные модификации, методика Кегеля и изобретенный им перионеометр породили множество тренажеров, которые позволяют повышать эффективность упражнений. Тренажеры бывают разными: с утяжелением, вибрацией, с функцией подключения к смартфону и без. Среди них – аппарат с биологической обратной связью, имеющий чувствительный датчик, который вводят во влагалище для оценки состояния окружающих его мышц. Разработаны специальные кресла для магнитной стимуляции нервно-мышечного аппарата органов малого таза. Однако самыми простыми, безопасными, эффективными и дешевыми по-прежнему считаются грузовые тренажеры.
И.А. Краснова и соавт. пишут о внедрении ультразвуковых алгоритмов обследования пациенток с ПТО. По данным ультразвукового исследования, проведенного на 3–5-е сутки после операции, произошедшая коррекция α- и β-углов, а также формы мочевого пузыря до нормальных показателей была достигнута у всех пациенток как в покое, так и при натуживании, что свидетельствовало об адекватном восстановлении анатомии органов малого таза после проведенного хирургического лечения [41]. Применение методик 2D/3D- и 4D-моделирования ТД пациентов дает возможность прогнозировать результаты в различных экологических контекстах, а также имеет место оценка различных методов лечения путем имитации механики полости таза в физиологических, патологических и терапевтических ситуациях. Данная технология активно внедряется в клиническую практику НМИЦ АГП им. В.И. Кулакова в отделении эстетической гинекологии и реабилитации под руководством д.м.н. профессора И.А. Аполихиной. Результаты показывают высокую эффективность метода, однако требуется более многоцентровое исследование [42].
Г.О. Гречканевым и соавт. в 2021 г. опубликован обзор применения лазерной терапии как метода лечения ПТО и недержании мочи. Однако вопрос требует дальнейшего изучения на предмет осложнений от проведенной терапии, а также изучения параметров различных лазеров и сравнения их эффективности и безопасности. Также авторы пишут о широком распространении методов лечения, основанных на использовании у больных ПТО, синдромом растянутого влагалища теплового воздействия электромагнитных волн высокой частоты.
В российской литературе метод получил название «радиочастотная терапия», которая оказывает действие, подобное лазерному излучению, вызывая денатурацию белков, нарастающее сокращение коллагеновых молекул, индукцию неоколлагеногенеза, интенсификацию микроциркуляции крови [43].
Радиочастотная терапия обычно глубже, чем лазер, по своей проникающей способности в ткани, т.к. при этом использует более низкую частоту и более длинные волны. Глубина проникновения радиочастот также зависит от модальности: наиболее глубоко проникают монополярные системы. В отличие от униполярных радиочастотных систем другие радиочастотные системы с биполярной, монополярной и мультиполярной конфигурациями (с функцией охлаждения или без нее) могут извне доставлять энергию в вульву, а также в эпителий слизистой оболочки влагалища и собственную пластинку [44].
Проведено исследование экспрессии мРНК белков, участвующих в коллагеногенезе, методом полимеразной цепной реакции, и выявлено статистически значимое снижение экспрессии мРНК декорина, MMP-2 и коллагена III типа (p<0,05). Повышение экспрессии мРНК декорина наблюдалось у пациенток со стрессовым недержанием мочи и пролапсом гениталий. Повышение экспрессии декорина коррелирует с уменьшением структурной упорядоченности фибрилл коллагена и эластина. Снижение экспрессии данного белка говорит о клиническом улучшении состояния вульво-вагинальной области [44].
G. Leibaschoff et al. работали с радиочастотной технологией с контролируемой температурой (TTCRF) с целью лечения вагинальных и мочеполовых симптомов у женщин в менопаузе. Использовалась специально разработанная вагинальная система ThermiVa® (Thermi-Aesthetics, Ирвинг, Техас). Активную часть зонда (зонд и генератор) медленно и с широкими проходами проводили по нужной зоне лечения в течение 3–5 минут, пока ткань постепенно не нагревалась до терапевтического уровня 40–45°С. Было показано, что TTCRF является проверенной технологией и имеет множество преимуществ при лечении дряблости кожи. Низко дозированные радиочастоты продолжают использоваться и в других областях медицины для лечения заболеваний лица и кожи [45].
Д.М. Калиматова и соавт. также оценили эффективность и безопасность лечения вульвовагинальной слабости с помощью неаблативного радиочастотного воздействия – динамической квадриполярной радиочастоты (ДКРЧ). Эффект основан на воздействии фокусированного пучка электромагнитных волн на ткани. Терапия ДКРЧ (DQRFТМ) – клинически эффективный метод лечения вульвовагинальной слабости, способствующий более выраженному, чем при использовании стандартных методов лечения, снижению частоты жалоб, улучшению состояния диафрагмы таза, устранению влагалищных симптомов, недержания мочи, пролапса гениталий [46].
Электрическая стимуляция, которая может возбуждать нервы и стимулировать мышцы ТД путем направления слабых электрических токов, является эффективным методом увеличения произвольных сокращений мышц таза и повышения мышечной силы. В 2023 г. в Пекине провели исследование пациентов, перенесших операцию по реконструкции мышц ТД. Проведен анализ эффективности послеоперационной электрической миостимуляции в сочетании с терапией биологической обратной связи. Результаты показали значительное улучшение функции мочеиспускания, силы мышц ТД и качества жизни пациента по сравнению с традиционным вмешательством [47].
Заключение
Дисфункция ТД обусловлена сочетанием не только влияния окружающей среды или образа жизни, но и генетическими причинами. Наиболее распространенные генетические исследования проводятся путем связывания и изучения ассоциаций геномов, анализа полиморфизмов. Однако геномные маркеры еще недостаточно изучены. Авторы с нетерпением ждут дополнительных научных работ в этом направлении, которые могут помочь в диагностике и ранней профилактике осложнений заболевания, особенно в группах пациенток после операций или женщин с гормональными особенностями (менопауза, климактерические расстройства).
Элементы гистологии и биохимии могут быть задействованы в разработке вариантов как консервативного, так и в модернизации хирургического лечения (не- и малоинвазивное лечение, протезные материалы). Внедрение различных методов физиотерапии совместно с последующей имитацией моделей ТД пациенток в качестве оценки эффективности проводимого лечения приобретает все большую актуальность в клинической практике. Моделирование в этом случае может быть использовано для коррекции консервативного лечения с помощью упражнений в качестве первой линии терапии, а у женщин с запущенными вариантами как рекомендация профилактики и контроля динамики инвазивного лечения.



